Сегодня: 18.11.17 г.
YKTIMES.RU

Авторский взгляд

Сергей Юрков о перестройке, «Радикале» и национализме

20.06.2017

Юрков фото страницы фейсбук

«Более чем уверен, что моё интервью разочарует всех: коммунистов и «демократов», националистов и либералов, русских и якутов. Я стараюсь говорить и делать только то, что считаю правильным, со всеми вытекающими», — предупредил Сергей Юрков, когда я обратилась к нему с предложением о разговоре. 

Впрочем, разговором или интервью это назвать трудно. Отправив вопросы, я не подозревала, какой лавиной информации меня накроет. Сергей Владимирович щедро делился уникальным историческим материалом, не жалел времени и сил, даже предполагая, что «не разрешат публиковать».

Сегодня Сергей Юрков собирает сведения для книги о «Радикале».

Пользуясь случаем, он обратился к участникам тех интереснейших событий:

«Друзья мои! Я решил обратиться к вам за помощью в написании книги о «Радикале», о том сложном времени, полном надежд и разочарований, о нас всех. В его деятельность, через митинги, поквартирные обходы и др., были вовлечены десятки тысяч, а непосредственно участвовали в работе, за время существования, несколько сот человек. Все они имеют право на то, чтобы их бескорыстное служение своим идеалам, нашло наконец отражение в истории нашей Якутии и страны в целом. Тем более, что мы были первыми не только в Якутии: члены «Радикала» выезжали в Новосибирск, Иркутск, Кемерово, Москву и др. города… Уверен им там тоже есть, что вспомнить и рассказать о нас.

Надеюсь это будет наш общий проект. Книга мыслится, как сборник воспоминаний, объединенных общей идеей и последовательностью изложения. Надеюсь к концу будущего года её издать. Однако тут, в этом сообществе, все Ваши воспоминания останутся навечно, как памятник эпохи.

Прошу Вас делиться тут своими рассказами о том времени, размещайте свои фотографии, видео, документы, всё что Вы посчитаете полезным и интересным другим участникам и нашим детям. Давайте вместе напишем историю нашего времени.

С Богом!

Ваш Сергей Юрков

Адреса: http://histore-radikal.livejournal.com/» и Радикал. История нашего времени в фэйсбуке: https://www.facebook.com/groups/1383901538360268/

SakhaDay начинает цикл публикаций об удивительном времени перестройки, о нашем городе и  людях, о наших ожиданиях и разочарованиях, о свободе и невозможности ее достичь.

— Сергей Владимирович, вы в Якутии практически культовая личность. И известны, прежде всего, как лидер организации «Радикал». Расскажите, как создавалось это движение.

— Я надеялся, что известен также тем, что начал издавать первую негосударственную газету «Выбор», создавал первый независимый профсоюз «Возрождение» на крупных предприятиях Якутска (почти 5 тысяч членов), помогал организовывать первички НПГ в Воркуте и Московской области, строил баррикады в Москве при имитации путча в августе 1991 года, присутствовал при провозглашении Приднестровской республики и многое другое. Ну и, наверное, самое важное для меня: участвовал в защите Дома Советов (Белого дома) в октябре 1993 года, где и получил ранение возле Останкино. Впрочем, если вас интересует «Радикал», давайте поговорим о нём.

Ещё в школе я отличался «своеобразным» мышлением. Из-за того, что слишком много спорил на уроках обществоведения, папе «прилетело». Это был 81-й или 82-й год, сотрудник КГБ предупредил его, чтобы отец: «Лучше воспитывал своего сына, иначе могут лишить доступа к секретным документам». Папа работал ведущим геофизиком в геофизической экспедиции №6 и если бы угрозу реализовали, то это стало бы для него фактическим «запретом на профессию», т.к. без доступа к «секретке» работать по специальности он бы не смог. Однако «пороть» меня не стали. Папа вообще отличался известным демократизмом в воспитании и поощрял самостоятельное мышление, поэтому всё ограничилось короткой воспитательной беседой. Мама же была «комсомолкой-активисткой» и беспартийным коммунистом и с детства требовала от меня честности и умения защищать свои взгляды и убеждения, поэтому и ругать меня априори не могла…

Спустя много лет на похоронах моего друга и одноклассника Саши Кириллина – самого талантливого из молодых археологов Якутии, учитель обществоведения извинилась передо мной за давнишнюю «глупость». Впрочем, обиды я и не держал: она тоже поступала в соответствии со своими убеждениями… В комсомол в школе меня так и не приняли с официальной формулировкой, уже смягчённой нашей классной руководительницей: «Его взгляды зачастую не соответствуют общепринятым…». Мы потом много лет с Таней Гороховой – нашим секретарём хихикали: только она и я оказались самыми последовательными коммунистами в классе! Однако в университет, причем на геологоразведочный факультет ЯГУ, я поступил без малейших проблем. Поэтому, когда сейчас рассказывают антисоветские байки о том, что только комсомольцы и члены партии имели доступ к высшему образованию, я только усмехаюсь.

В 1982 году меня призвали в советскую армию. Что характерно: «школьный случай» не помешал мне стать начальником «секретки» после учебки. Позже я отказался «просиживать задницу» и попросился в действующую часть. Так вот, на второй год службы, когда я уже стал «котелком», кто-то на меня «стуканул». В результате, вызвали в особый отдел дивизии и провели воспитательную работу: «Как можно называть наше Политбюро «домом пенсионеров?»» и т.д.. Впрочем, никаких последствий не было. Более того, когда спустя несколько месяцев у нас возник конфликт с командиром батальона, который приворовывал солдатские копейки, именно особисты помогли его снять (комбата перевели в кадрированную часть), впрочем, это совсем другая история…

В 1984 году я демобилизовался и восстановился в ЯГУ. Перестройку, как и абсолютное большинство людей, воспринял с воодушевлением: слишком ярким стал контраст между тем, что люди думали, и что говорили с трибун. Меня всегда раздражала двуличность, что прежней партноменклатуры, что официальных «демократов» 90-х, а потом столь же официозных «патриотов». В воздухе витали надежды на то, что народ, наконец, получит возможность сам определять свою судьбу. Дико раздражали привилегии «слуг народа»: закрытые спец распределители и «отоварки».  Впрочем, что мог позволить себе секретарь горкома КПСС тогда: несколько большую площадь квартиры, финский гарнитур вместо отечественного, дачку на Сергеляхе? Никакого сравнения с нынешней «справедливостью», когда любой чиновник средней руки или буржуй, наворовавшие на пару из нищего бюджета воздвигают хоромы… и хорошо, если у нас, а зачастую норовят в Сицилии или Флориде.

Впрочем, в 1985 у меня случилась большая любовь и мне было не до политики. Шесть раз я договаривался с моей любимой подать документы в ЗАГС и… пять раз она не приходила! В августе 1986 года мы наконец с Марианной Эриковной Юрковой (дев. Алексеевой) – моей одногруппницей, сыграли студенческую свадьбу. Я до сих пор считаю случившееся самой большой удачей в моей жизни! Уже больше 30 лет мы вместе и уверен: ни одна женщина не смогла бы выдержать рядом со мной всё, что на нас свалилось. Настоящий образец жены декабриста или революционера…

Юрков с семьей фото sakhaday.ru

К 1987 году основной темой кухонных дискуссий была 6-я статья Конституции СССР, которая закрепляла руководящую и направляющую роль партии. Слоган «партия, дай порулить» витал в воздухе. К этому времени мои взгляды сложились окончательно: я считал себя (и считаю) марксистом, однако был уверен в необходимости многопартийной системы и развитии мелкого и среднего бизнеса, в первую очередь в сфере торговли и услуг. Наиболее близка к моим представлениям современная китайская модель социализма, где не было безумных приватизаций крупных промышленных предприятий, поэтому до сих пор государственный и коллективный секторы сохраняют ведущую роль в экономике. Например, общая сумма прибыли 500 крупнейших частных фирм, за прошлый год, меньше прибыли всего двух крупных госкомпаний – China Mobile (сотовый оператор) и CNPC (производитель и поставщик нефти и газа).

В марте 1987 года в рамках «демократизации» в виде эксперимента в Якутии прошли т.н. многомандатные выборы в часть местных Советов (в каждом округе выдвигался один дополнительный кандидат на 3–5 мандатов). Это был безусловно шаг вперед, но реальный выбор у людей всё же отсутствовал, т.к. не было различия программ. Однако, хотя с «многопартийностью» у нас тогда было «туго», всё же государство было общенародным, поэтому у меня возникла идея заставить считаться с мнением людей, без выборов, опираясь на данные социологии (опросов). В то время в Якутске активно обсуждалась тема разделения города на Октябрьский и Ярославский районы. Практически всем было понятно, что это способ размножения чиновничества путём элементарного «деления». К уже существующей городской вертикали, добавились ещё два райкома партии, два райисполкома и т.д. Народ, воспитанный коммунистами, воспринимал тогда государственные проблемы, как своё личное дело, поэтому и возмущение было всеобщим.

Ранней весной 1987 года, тогда мне еще не исполнилось 22 года, у нас дома собрались: мы с Мариной и наши друзья-одногруппники Саша Саввинов, Гриша Конобулов и Нюргун Гурьев (как выяснилось позднее, дослужившийся к 90-м до майора ФСБ). Не было ни названия «Радикал», ни нашей Декларации, была идея: использовать данные анкетирования для оказания давления на власть. Я где-то купил книгу по социологии и предложил провести опрос об отношении горожан к идее создания двух районов. Ребята меня поддержали, и в тот же или на следующий день мы вышли на улицы с опросниками.

Теперь, с высоты прожитых лет, я понимаю и могу объяснить, чем «Радикал» принципиально отличался от других неформальных или оппозиционных организаций. Почему мы продемонстрировали высочайшую эффективность и устойчивость, несмотря на многолетние попытки парализовать его работу:

  1. Условием членства было участие в непосредственной работе: не ходишь на опросы, не занимаешься поквартирной агитацией, не участвуешь в митингах – ты немедленно вылетаешь из организации. В результате внедрённая агентура оказывалась в идиотском положении, когда была вынуждена вместе с нами работать против системы. Опираясь на эту особенность, я жёстко пресекал попытки развязать «охоту на ведьм», которой болели все известные мне неформальные организации конца восьмидесятых – начала девяностых.
  2. Наше принципиальное кредо: «Я не разделяю Ваших убеждений, но готов умереть за Ваше право их высказывать» (Вольтер). Поэтому в «Радикале» учили свободомыслию! Мы все были разными, и имели право ими оставаться. Потому что гражданственность требует наличия самоуважения, а самоуважение невозможно без наличия собственных убеждений. Даже после принятия нашей Декларации, никому не навязывались единомыслие, приветствовалось наличие своих взглядов. В «Радикале» не боролись за «чистоту рядов». Мы иногда часами, но после агитации, спорили о будущем, изливали свои давно накопившиеся мысли: «Дайте выкрикнуть слова, что давно лежат в копилке». Единственное условие – участие в конкретной работе. Кто хотел бороться вместе — шел рядом. Кто не хотел — уходил в другие организации или создавал свои.             Неудивительно, что ныне члены «Радикала» есть в КПРФ и в СПС, в «Яблоко» и даже в «ЕдРо», если эту компашку по интересам, можно назвать партией.
  3. Постоянное привлечение новых членов и обновление состава. В ходе опросов, агитации, митингов мы постоянно приглашали людей к нам домой. Многие появлялись на один-два дня, обходили с нами несколько домов, а потом исчезали, не выдержав темпа и накала работы. Однако некоторые оставались, пополняя «ядро». Таким образом, через «Радикал» за несколько лет прошло несколько сот человек. Нас было немного, ядро из 10-15 членов «Радикала» и актив из периодически участвующих в деятельности — это ещё 30-50 человек.

Вообще все, кто прошёл школу «Радикала», соглашаются с тем, что у нас была совершенно особенная атмосфера. Мы постоянно привлекали новых людей, да и старые члены непрерывно заходили и не только на собрания, а просто «на огонёк». Поэтому двери у нас в доме практически не закрывались: Марина с вечера варила девятилитровую кастрюлю борща, и никто не уходил голодный. Люди приходили не только обсудить события в стране и Якутии, но и просто поделиться проблемами, посоветоваться. Мы очень трепетно относились друг к другу, ощущая себя маленьким отрядиком, противостоящим огромной, неодолимой армии. Система власти казалась незыблемой, наши усилия героическими, но тщетными. Поэтому неформальным «гимном» «Радикала» была песенка Окуджавы про бумажного солдатика…

Начиная с 1988 года я всех новичков предупреждал о возможных «посадках», поэтому оставались фанатики и романтики ну и…, наверное, шпики. Естественно, мы ценили друг друга. Показательный момент — в «Радикале» сыграли две свадьбы: Оля Андреева (Ильина) вышла за Андрея Расторгуева, а Миша Койфман женился на Вале Виноградовой…

— Кто был участником в группе? Чем они сейчас занимаются?

— За время существования мы (между собой) выделяли три «призыва».

Первый – это, в основном, наши друзья — студенты из ЯГУ, брат Марины – Лёня Алексеев (ныне преподаватель ЯГУ), Валя Виноградова (ныне монахиня Свято-Покровского женского монастыря), Олег Рудых (одноклассник, тогда секретарь комсомольской организации аэропорта, затем возглавлял службу энергетиков), Андрей Прилепский (летчик авиакомпании Якутия).

Второй — школьники старших классов из моей родной школы №23: например, Оля Ильина/Расторгуева (доцент ЯГУ), Дима Калинин (предприниматель в Якутске), Марина Потураева (в дев. Третьякова), привлечённые в ходе агитации Хорен Саакян (тогда студент, ныне своя строительная фирма), Миша Койфман (геодезист «Сахаавтодора», ныне гражданин Израиля), Неля Русакова (моя любимая якутская поэтесса и рабочий-крановщик), Андрей Боголепов (студент училища культуры, сейчас владелец гостиницы в Анапе), ребята из ОКОДа, например, Сергей Соколов (Алроса-Нюрба).

Третий состав был ещё разнообразней: у нас появилось много взрослых состоявшихся людей, например, Сергей Ершов (речник) с женой, впрочем, тогда мы начали действовать уже параллельно с ДССП Саши Логинова.

Через «Радикал» прошли сотни людей, да и трудно спустя 30 лет упомнить все фамилии, поэтому пусть не обижаются, что назвал только некоторых…

— Одна из самых громких акций «Радикала» проходила на крыльце мэрии Якутска. Вы тогда объявили голодовку против застройки Зеленого луга. (Если не ошибаюсь). Можете рассказать об этом подробнее.

— Всё было немного иначе. Весной 1987 г., как я рассказывал, мы проводили анкетирование. Чуть ли не 95% горожан высказались против районного деления, и я передал результаты в горисполком. Тогда все резко начали играть в «демократию», поэтому меня, как я помню, лично принял сам Юрий Коркин (председатель) и пообещал изучить вопрос.

Юрков коллаж sakhaday.ruОднако, летом мы с Мариной уехали на практику и дело встало. Осенью же у нас в семье случилось страшное горе и мне стало не до политики. Мы с Мариной тогда, чуть не бросили университет. Только к февралю 1988 года я, «ожив», стал способен хоть на что-то…

К этому моменту страна бурлила, уже широко разошлась информация о резком выступлении Ельцина на Пленуме ЦК КПСС. Цой уже спел «Перемен» на Ленинградском рок-фестивале.

Мы написали устав «Радикала», и я с идеями о создании секции социологического анализа и об опросах, сунулся в райком комсомола, где меня в целом поддержали, но предостерегли от «радикализма». В общем, сотрудничество с районным комитетом комсомола, да ещё в ситуации, когда мы требовали их упразднения было «странным», и мы от него быстро отказались.

Вместо этого, где-то в марте-апреле 1988 года я написал Декларацию ОПО «Радикал», где изложил свои взгляды на ситуацию в стране и направление развития. Мы утвердили её на общем собрании с небольшими правками.

В Декларации констатировалось, что с точки зрения теории марксизма, социализма в СССР нет. Отсутствуют два важнейших признака: более высокоразвитые производительные силы (мы отстаём от целого ряда стран по объёму ВВП на душу населения) и более совершенные производственные отношения (по производительности труда мы даже не в первой десятке). В Декларации утверждалось, что в стране построен государственный капитализм, где переродившаяся партноменклатура, монополизировав в своих руках рычаги управления государством, начинает превращаться в коллективного собственника. Предлагался выход – возврат народу функций управления собственностью, через демократизацию государственных институтов. Мы требовали: отмены монополии КПСС на власть, свободы информации, реальной многопартийности, альтернативного выдвижения кандидатов от разных партий, разрешение мелкого и среднего бизнеса в сфере услуг с сохранением командных высот в экономике за государством.

Это были первые политические требования в Якутии! Необходимо было как-то донести нашу позицию до народа. Марина каллиграфическим почерком тушью (!) десятками штук переписывала Декларацию, а мы её расклеивали по городу. Однако вскоре были вынуждены признать, что «кто-то» рвёт их быстрее, чем Марина пишет. Множительная техника тогда была только на некоторых предприятиях и вся под контролем КГБ. Подобный агрегат был и в ГФЭ №6 «Якутгеология» (ныне ЦПСЭ), где работали мои родители. Не помню, как я её уломал, но мама «отсиньковала» (размножила) несколько сот деклараций. Мы раздавали её на встречах по предприятиям, раздавали при обходе квартир, клеили. Несколько десятков я отправил по почте по партийным и комсомольским комитетам.

Короче, за пару месяцев подняли такую волну, что власти стало сложно нас игнорировать. В общем, Якутский городской комитет КПСС (по-моему, его ещё возглавлял Сосин С.С.), тогда допустил ошибку. Они разослали по партийным организациям города Якутска письмо с требованием осудить на партийных собраниях Декларацию ОПО «Радикал».

Конечно, о нас к этому моменту многие знали: в коллективы прорывались, листовки клеили и т.д. Однако о такой рекламе, какую нам организовал горком, мы и не мечтали! Мало того, что о нас узнал весь город, так и абсолютное большинство парторганизаций отказались осуждать нас заочно!!! Вариант «не читал, но осуждаю», не прокатил. Люди потребовали, как минимум опубликовать нашу Декларацию в газете, а потом уже провести её обсуждение. Множество парторганизаций Якутска, такие резолюции официально и приняли! Были и такие, что приглашали нас выступить, обосновать позицию. Кое-куда я даже прорвался.

Молодежка фото News.Ykt.Ru

О нас начала писать республиканская пресса, в первую очередь, знаменитая «Молодёжка», которая под руководством Тамары Шамшуриной стала знаменем демократической «фронды» в Якутии. Во многом нам помог журналист «Известий» Олег Бородин, ставший от нас народным депутатом СССР. Тогда же я познакомился с Сашей Логиновым, Владимиром Фроловым (поэт, умер в 2012) с членами КСП «Ленская волна». Мне было всего 22 года, и я активно искал взрослых, состоявшихся людей, чтобы они возглавили движение. Правда, не всегда удачно, на мой взгляд.

С Сашей Логиновым создали ДССП, я предложил его председателем. Однако, вся энергия там уходила в «свисток»: споры и разговоры, поэтому я в конце концов увел радикаловцев оттуда. Впрочем, первый в Якутии митинг на Комсомольской площади мы провели вместе. Мы с ребятами за неделю обклеили город, прошлись по квартирам и … на митинг вышло более 7000 человек. Это был оглушительный выстрел! Чего мы требовали? Ликвидации районного деления города Якутска, для сокращения аппарата, и отказа от застройки Зеленого луга. Я до сих пор считаю, что застройка луга — это преступление против горожан. Мы очень плотно работали с экологами из института Мерзлотоведения, и я хорошо представлял, во что выльется строительство! Молодёжь и не помнит, что пыль летом и смог зимой не были в Якутске изначально – просто ему ампутировали лёгкие… Тогда же Галя Захаренко сняла передачу о «Радикале», став лауреатом Всесоюзного конкурса, что тоже добавило нам «веса»… Голодовка же возле горисполкома — это 1989 год!

Началось всё с того, что Валя Виноградова (участник 2-го съезда ДС от нас) обнаружила в машине, припаркованной напротив горисполкома две семьи, которые повесили плакат о том, что их лишили места в очереди на жильё. Дело было поздним вечером (мы собирались после работы) надо было, что-то срочно решать, т.к. было понятно, что к утру их милиция «отселит». Мы тут же проголосовали, определили, кто будет голодать вместе с людьми.

Под утро наша «команда» уже лежала на крыльце горисполкома. Вывесили Декларацию «Радикала» для ознакомления, листовки по Зелёному лугу, написали плакат с требованиями очередников, кто-то, по-моему, Миша Койфман, притащил спальники…

Короче в восемь утра, когда на работу стал подтягиваться народ, всё уже было готово. Попытки милиции отогнать нас, мы парировали требованием предоставить судебное решение. К вечеру же, когда весь город узнал об акции, убирать нас было уже поздно. Попытки натравить уголовников (была пара случаев вечерами) также окончились неудачей, т.к. оставшиеся радикаловцы обежали наш актив с просьбой о поддержке.

В результате множество людей оставалось ночевать возле нас, организовав посменное дежурство. Родственники ребят, мама и Марина с четырехмесячной дочкой также, по возможности, проведывали нас. Количество поддерживающих росло как ком, фактически через три дня возле нас действовал непрерывный летучий митинг. Властям надо было выпускать пар, что они и сделали, удовлетворив требования очередников. Я выступил перед собравшимися, поздравив с победой и поблагодарил за поддержку. Потом на скорой меня увезли в больницу, впрочем, после капельницы с глюкозой, я в тот же день на своих двоих дошёл домой. Однако, на новоселье очередники нас так и не пригласили, я надеюсь это была не их «благодарность», а чья-то настойчивая «подсказка».

В том же году мы начали издавать газету «Выбор», тираж в 1990-м доходил до 10 тысяч. В 1988-89 годах мы выезжали с агитацией в Новосибирск, Барнаул. Осенью 1990-91 начали выпуск общесибирской газеты «Эндэк» — Народный демократ (распространялась в Новосибирске, Иркутске, Кемерово и др. городах).

Как мы воевали с обллитом (цензурный комитет) — это вообще отдельная история. Вообще рассказывать о всех событиях в рамках интервью невозможно! Одна эпопея с выборами 1988 (депутаты СССР) и 1989 (депутаты РСФСР) годов чего стоит?! Или «война» с предгорисполкома Спартаком Степановичем Борисовым, дай Бог ему здоровья!

Если получится, на будущий год, выпустим книгу о Радикале с воспоминаниями участников и свидетелей, там будет всё или почти всё.

Сейчас, вспоминая эти годы, удивляет одно: когда мы успевали учиться и работать? Я только в июле 1989 года получил диплом! Впрочем, и тут «помощь» мне оказали – нас с Мариной распределили на Украину в Кривой Рог (родители на пенсию купили там квартиру). Я не поехал – остался бороться, а через год, когда с угрозами стало полегче, привез назад и жену с ребёнком. Меня тогда выручил Хорен Саакян, о котором вы спрашивали. Я остался без работы, так как не поехал по распределению, а он устроил меня на объект к своему дяде (Григоряну Айку Арамовичу) каменщиком.  Мы неплохо заработали за лето: хватило и Марине помочь, и газету издать.

(продолжение следует)

Вопросы задавала Аида Иванова.

Источник: SakhaDay.


Также вас может заинтересовать:

Написать ответ:


Один комментарий к “Сергей Юрков о перестройке, «Радикале» и национализме”


  • Отправил парень из деревни (20.06.2017 )

    Чушь собачья. Раздувает собств.значимость. с высоты пролетевшего аремени всегда лучше судить и импровизировать.

:bye: 
:good: 
:negative: 
:scratch: 
B-) 
:wacko: 
:yahoo: 
:rose: 
:heart: 
:-) 
:whistle: 
:yes: 
:cry: 
:mail: 
:-( 
:unsure: 
;-) 
:question